3.11.2007, 21:13 · Теги: Интервью ОМК · Версия для печати · Просмотров: 7 106

Анатолий Седых: «Мы строим заводы, мы создаем новую Россию!»

выкса. Анатолий Седых:  «Мы строим заводы, мы создаем новую Россию!»
К 2010 г. в Нижегородской области Объединенная металлургическая компания создаст мощный Выксунский трубно-металлургический кластер, состоящий из собственно Выксунского метзавода, отмечающего в этом году 250-летний юбилей, Листопрокатного комплекса и «Стана «5000», в который войдет сам стан и сталеплавильное производство на Чусовском металлургическом заводе. О путях развития компании и регионов, где находятся предприятия ОМК, главный редактор журнала «Металлоснабжение и сбыт» Александр Романов побеседовал с председателем совета директоров Объединенной металлургической компании Анатолием Седых.

- Анатолий Михайлович, ОМК пришла на Выксунский металлургический завод в непростые 1990-е гг. В каком состоянии завод был «принят» и какие первоочередные задачи стояли перед менеджментом предприятия и компании тогда (в том числе по восстановлению позиций ВМЗ на внутреннем и внешнем трубных рынках)?

— Оборудование на заводе было изношенным. К тому моменту, когда наша компания пришла на ВМЗ, лишь несколько цехов соответствовали предъявляемым рынком требованиям. К примеру, в 1989 году ВМЗ произвел рекордное в своей истории количество труб — более 1,6 миллиона тонн. Но что это были за трубы? Какого качества? Тогда ведь разрывы на трубопроводах были достаточно частым явлением. Поэтому нашей первоочередной задачей была реконструкция производственных мощностей завода с целью наладить выпуск высококачественной трубной продукции. ОМК пришла на завод в 1999 году. В тот год ВМЗ произвел 347 тысяч тонн труб и 342 тысячи штук колес. Как видите, падение объемов производства за 10 лет было просто колоссальным — в четыре с лишним раза. И вот прошло восемь лет. В прошлом году завод произвел уже более 1,5 млн. тонн труб, а в этом году в наших планах отгрузить свыше 1,8 млн тонн. И важно понимать, что за эти годы значительно выросла и трудоемкость труб. Колес вот уже три года мы производим более 800 тысяч штук ежегодно. То есть рост в два с лишним раза. За счет чего были достигнуты такие результаты? В первую очередь благодаря тому, что мы работали единой и дружной командой : и сотрудники управляющей компании , и заводские специалисты. Все эти годы мы учились друг у друга. Ведь если говорить об уровне профессиональной квалификации, то на Выксунском заводе всегда трудился цвет нашей металлургии. Одной из главных задач менеджмента компании было привить заводчанам экономическое мышление. Ведь в конце девяностых практически все работавшие на заводе мыслили категориями плановой экономики. Ситуацию усугубляло и то, что в те годы царил бартер, были задержки с зарплатами. Мы до сих пор с улыбкой вспоминаем одну из показательных для того времени историй, которая как раз и говорит об отсутствии рыночных знаний. На одном из совещаний была поставлена задача снизить расходный коэффициент в колесопрокатном цехе. Вдруг встает один из руководителей и искренне начинает возмущаться: «Как же в таком случае мы обеспечим ломом мартеновское производство?». Вот такие были времена. Сегодня все на заводе — от мастера до директора — с легкостью оперируют современными экономическими показателями. За эти годы мы обогатили друг друга, произошло мощное взаимопроникновение культур. Огромный производственный опыт помноженный на современные экономические знания стал основой новой заводской корпоративной культуры. Мы стали действительно командой единомышленников. И успешное, поступательное развитие завода во многом объясняется именно этим единством взглядов. Это — наша сильная сторона. И она вызывает у меня чувство особой гордости.

- Можно ли говорить о продолжении традиций, что называется, славного прошлого завода как одной из линий стратегии компании в отношении предприятия? Ведь ОМК достаточно много делает для сохранения истории ВМЗ?

— У завода богатая и славная история. Его основатели, братья Баташевы, создали в Выксе, говоря современным языком, один из наиболее крупных в России металлургических кластеров. По тем временам, это было передовое производство с новейшим оборудованием. Неудивительно, что его продукция пользовалась большим спросом: только во второй половине XVIII века завод изготовил более 20.000 орудий разного калибра для русской армии. А к концу XVIII века Баташевские заводы стали основой металлургической промышленности России — они производили около 40% чугуна, выплавляемого в европейской части России. В те времена Баташевские заводы были самыми передовыми и технологически оснащенными в России. Второе дыхание завод получил в советский период, когда были построены трубное и колесопрокатное производство — одни из самых современных в стране У Выксунского завода немало традицией, которые прошли испытание временем. Одна из них — создание на предприятии условий для творчества. Оно поощрялось и при Баташевых, поощряется и сейчас. Дух созидания на Выксе всегда был и будет силен. Достаточно сказать, что первая русская паровая машина была создана именно на Выксунском заводе мастеровыми Лукиным и Ястребовым в 1799 году, на 25 лет раньше, чем ее построил механик Нижне-Тагильского завода Черепанов. Другим ярким примером творческих достижений стали проекты инженера-изобретателя Владимира Шухова. Его работа на Выксунском заводе связана с одним из самых знаменитых его изобретений — оригинальными висячими покрытиями листопрокатного цеха в виде металлического сетчатого свода двоякой кривизны, опирающимися на трехшарнирные арки. Так что, творческая атмосфера всегда присутствовала на нашем предприятии и стала одной из его особенностей. Во многом, кстати, такая атмосфера зависела от единства управляющего звена: когда братья Баташевы были едины, завод процветал. Опять же напрашивается аналогия: сегодня, когда акционеры компании представляют собой команду единомышленников, предприятие успешно развивается. Связь времен для большинства заводчан — это не пустой звук, а живая реальность. Именно историческая преемственность позволила сохранить на заводе десятки династий, которые из поколения в поколение передают опыт и любовь к заводу. В Выксе есть династии , насчитывающие по 200 — 300 человек. Биография завода — часть их биографии, а отсюда — и уважение к истории, памяти. Думаю, во многом благодаря силе традиций завод сумел выжить в сложные периоды своей истории, в частности, в постсоветский период, когда одной ногой стоял на грани банкротства. Именно традиции, богатый исторический опыт были и являются источником развития ВМЗ. Мы ценим все то, что сделали наши деды и прадеды за эти два с половиной столетия и заводской коллектив по праву является сегодня достойным продолжателем этих великих традиций.

- Последние несколько лет Выкса является центром инвестиций ОМК, направленных на реализацию крупных проектов в области освоения новых видов трубной продукции для различных отраслей промышленности, прежде всего для ТЭК, повышение качества труб и пр. Удовлетворены ли Вы тем, что сделано?

— За последние годы на заводе модернизированы все основные производства. Сегодня Выксунский металлургический завод — самое крупное и одно из самых современных трубных предприятий в мире. Но мы не успокаиваемся на достигнутом. А потому реконструкция на заводе продолжается. И процесс этот можно сказать постоянный. У нас — большие планы. Кроме комплекса по производству труб большого диаметра, масштабная реконструкция идет сейчас и в цехах, где мы производим трубы среднего и малого диаметра. Причем очень важно отметить, что эта реконструкция идет в условиях действующего производства. Вы спрашиваете: удовлетворены ли мы тем, что сделано? Лично я испытываю чувство гордости за коллектив завода, который из года в год побеждает в крупнейших международных тендерах. Последний пример — выигрыш тендера на поставку труб для подводной части Североевропейского газопровода, проекта Nord Steam. Нам удалось опередить в этом тендере ведущие японские трубные компании — JFE, Nippon Steel, Sumitomo. Они в этом тендере проиграли. Можно ли было о таком успехе российских трубников мечтать десять лет назад? Наша доля поставок для подводной части проекта Nord Steam составит 280 тыс. тонн. Но надо понимать, что это будут самые сложные и самые дорогие трубы в проекте — с толщиной стенки до 41 мм, способные выдерживать давление до 250 атмосфер. Они на грани возможностей того же Europipe, второго победителя в тендере. Эта победа — безусловное признание качества наших труб.

- С учетом того, что проекты других российских компаний по выпуску труб большого диаметра «раскрутятся» не раньше 2009 г., у ОМК на два года есть действительно серьезный задел в плане загрузки производства и, что главное, гарантированного сбыта. А дальше?

— Мы считаем, что конкуренция в ближайшее время только обострится, так как после 2009 года перепроизводство труб большого диаметра действительно станет реальностью. Но мы смотрим в будущее уверенно, потому что у нас, во-первых, накоплен огромный опыт в производстве труб, а, во-вторых, к 2010 году у нас уже будет производство собственного листа. И еще — качество и себестоимость нашей продукции позволит нам продавать трубы не только в России , но и в любую точку мира.

- Но при всем этом до 2010 г. подкат для выксунских труб останется импортным?

— Да, мы продолжим закупки широкого листа у компаний Dillinger, Voest-Alpine, а также в Японии и Корее.

- Помимо того, что у вас не сегодня — завтра появятся конкуренты, за последние годы серьезно изменилась мировая структура производства и потребления продукции из черных металлов, труб в том числе. Более того, изменения продолжаются, в частности, как прогнозируют многие эксперты, в скором будущем не исключена серьезная экспансия китайских производителей металлопродукции на российский рынок. В этой связи как вы оцениваете риски компании в части выполнения бизнес-планов и сроков окупаемости инвестиционных проектов?

— Безусловно, мы планируем окупить наши вложения в новые проекты, будь то станы пошаговой формовки или стан «5000», — иначе решения об их строительстве не были бы приняты в свое время. Проект строительства линии 1420 мы утвердили в 2003 году, когда рынок ТБД был не очевиден. Тогда потребление ТБД со стороны Газпрома составляло 500-600 тыс. тонн, а не 1 млн. тонн, который он потребляет теперь. Принимая решение о строительстве новой линии, мы руководствовались определенными макроэкономическими показателями, которые указывали на то, что данная продукция должна и будет востребована. Это и изношенность существующей в стране трубопроводной системы, и ожидаемый выход из эксплуатации старых нефтегазовых месторождений и, соответственно, необходимость освоения новых, и так далее. Естественно, мы могли ошибиться в своих оценках и прогнозах потребления труб большого диаметра. И тогда бы сроки окупаемости были бы иными, чем сейчас. Но даже на этот случай мы предусмотрели опцию, которая позволила бы на линии-1420 производить конкурентоспособные по цене двухшовные трубы из металла, который можно было бы покупать в России и на Украине. Это была дорогая опция. Она обошлась компании в десять миллионов долларов. Но она была необходима. Вообще, если говорить об отношениях с тем же «Газпромом», нужно сказать, что в рыночной экономике сложно получать какие-то гарантии — как по объемам, так и по ценам, поскольку неизвестно, какие цены и объемы устроят завтра тебя самого. Полных гарантий в мире бизнеса не бывает. В противном случае, это была бы бухгалтерия, а не бизнес. Что касается китайского вопроса, то я не стал бы драматизировать ситуацию по четырем причинам. Во-первых, у Китая отсутствует собственная железная руда в достаточном количестве и хорошего качества, а значит, сырье там всегда будет дорогим, особенно учитывая олигопольную ситуацию на мировом рынке ЖРС. Во-вторых, инфраструктура в Китае, прежде всего энергетическая и транспортная, нуждается в крупных инвестициях. Китаю нужно вкладывать в нее колоссальные средства. В-третьих, значительная часть металлургических предприятий Китая в технологическом отношении являются отсталыми и нуждаются в масштабной реконструкции. В-четвертых, экспансия, которую мы наблюдаем в настоящее время, базируется прежде всего на высоких рыночных ценах на металл. Вспомните, еще несколько лет назад остро стоял вопрос о закрытии неэффективных металлургических мощностей в мире. Многие из них находятся в Китае. Эти мощности никуда не исчезли, просто мировая конъюнктура покрывает эти высокие издержки. Кроме того, мы не должны забывать о системе преференций для экспортеров металлопродукции в Китае. Но так долго продолжаться не будет, в мире уже зреет недовольство нечестной конкуренцией со стороны Китая. Как следствие — сегодня в отношении китайских металлопроизводителей в США и Европе идут крупные антидемпинговые расследования. Какой можно сделать вывод из сказанного? Почва у российских металлургов для опасения есть, но в целом базисные конкурентные преимущества китайской металлургии ниже, чем у российской.

- Но помимо того, что реализация всех заявленных проектов по выпуску ТБД грозит российскому рынку переизбытком, выход ОМК на рынок стального листа с достаточно серьезным объемом — до 1,5 млн т после запуска второй очереди ЛПК — изменит расстановку сил и на этом рынке тоже…

— Я смотрю на рынок философски: вакуума на нем не будет никогда, и если образуется какая-то ниша, кто-то ее непременно занимает. Рынок всегда конкурентен. А потому наша задача — опережать время и помнить всегда о том, что конкурентные преимущества не могут быть вечными. Сегодня потребление стали в России на душу населения — одно из самых низких в мире. Даже Китай нас опережает. Но Россия динамично развивается, и дефицит инфраструктуры, который мы сейчас наблюдаем, не закончится в течение ближайших лет. Изменить кардинально инфрастуктуру за два-три года невозможно. Речь идет скорее всего о десятилетии. И это минимум. Таков горизонт инвестиционного цикла в реконструкции и модернизации инфраструктуры. Усугубляет эту ситуацию ее крайняя изношенность. Поэтому в ближайшие годы мы будем наблюдать увеличение спроса на металлопродукцию в нашей стране. Но несмотря на этот рост некоторые сегменты металлургического рынка, безусловно, будут переинвестированы. И это прежде всего производство труб. Это связано с тем, что сегодня многим инвесторам этот рынок представляется самым доходным. Но потребление труб ТЭКом не растет такими темпами, как инвестиции в трубную отрасль. В связи с этим, по моему мнению, конкуренция на трубном рынке в ближайшие годы будет носить, к сожалению, ценовой характер. Мы понимаем, как будет развиваться ситуация на трубном рынке и готовимся к переменам. Именно на решение этой проблемы направлены два наших наиболее крупных проекта — строительство литейно-прокатного комплекса, который будет запущен в начале 2008 года и строительство стана «5000», который будет введен в строй в 2010 году. Эти проекты позволят нам практически полностью контролировать издержки на производство труб и иметь при этом высочайшее качество продукции. В целом, на решение вопроса строительства вертикально-интегрированной компании ОМК направила $3 млрд., значительная часть из которых уже освоена. Все это дает нам право уверенно смотреть в будущее.

- В ближайшие три — четыре года может существенным образов увеличиться число металлургических заводов, чьим основным сырьем будет лом, во всяком случае, если принимать во внимание все заявленные на сегодняшний день проекты такого рода. В то же время, основным сырьем для строящегося в Выксе литейнопрокатного комплекса также является лом. Как вы прогнозируете ситуацию в ломосборке к рубежу 2010 г.? Не может ли возникнуть ситуация дефицита лома, его серьезного удорожания и, как следствия, роста давления на себестоимость металла вашего ЛПК в частности и на экономику российской металлургии в целом?

— Да, лом будет дорожать. Именно поэтому в структуре ОМК есть компания ОМК-ЭкоМеталл, которая за последний год стала крупнейшим российским оператором на рынке лома. Большой плюс к этому — хорошее в плане ломообразования географическое расположение региона: вокруг довольно сильно развита металлообработка, лом образуется в большом количестве и логистически удачно расположен по отношению к центрам образования лома. Что касается давления на экономику металлургии, то это вопрос цены. Ясно, что цена на лом в России никогда не будет выше суммы «мировая цена на лом плюс транспортная составляющая» при дефиците лома в стране . А при его избытке — не выше разницы «мировая цена минус транспортный тариф». Поэтому все зависит от эффективности производства конечной продукции. Мы делаем продукцию с высокой добавленной стоимостью — трубы, колеса, лист, которые обладают уникальными свойствами. Ее прибавочная стоимость будет высокой. А значит, она будет эффективна.

- Для производства такой продукции требуются большие инвестиционные вложения и специальные компетенции. Так выходит, что ключевыми и подчас едва ли не единственными потребителями продукции ВМЗ являются так называемые естественные монополии — «Газпром», «Транснефть», РЖД. С каждой из них ОМК ведет работу по определенной программе сотрудничества, которые, очевидно, можно считать программами развития производств компании, в частности, производства железнодорожных колес…

— Нет, это не совсем верно. Например, из 820 тыс. колес, которые ВМЗ произведет в этом году, РЖД получит около 550 тыс. Соответственно, около трети объема производства железнодорожных колес идет на свободный рынок, причем это международный рынок: качество выксунских колес устраивает потребителей в разных странах. Например, ВМЗ является третьим по объемам поставок ж/д колёс на Cеверо-американском рынке, и первым — среди зарубежных производителей в данном регионе, уступая только местным производителям. Кроме того, поставки колес из Выксы идут в Словакию, Индию, Сирию, Германию и другие страны, в основном, Центральной и Восточной Европы. Среди покупателей наших колес — такие известные корпорации как General Electric и Samsung. РЖД для нас стратегический партнер. В 2004 году был заключен контракт на поставку Выксунским заводом до 2010 года пяти миллионов колес российским железным дорогам. Это — беспрецедентный для отечественной экономики — и по срокам, и по условиям — контракт. Этот документ сыграл очень позитивную роль для обеих сторон. Как вы знаете, с 2002 года начался резкий рост грузооборота в стране, возникла большая потребность в колесах, как для новых вагонов, так и для замены изношенных колес на действующих. И Выксунский металлургический завод оказался готов к этому спросу: к тому моменту мы поставляли нашу продукцию в десятки стран мира. Но долгосрочному сотрудничеству с РЖД мы дали зеленый свет, отказавшись от многих контрактов с зарубежными потребителями. И это при том, что цены на тот момент на колесо на экспортном рынке были значительно выше внутренних. Значительная часть новых видов продукции — результат совместного сотрудничества специалистов РЖД и ВМЗ. И это тоже стало возможным благодаря действию долгосрочного контракта. К примеру, производство колес с удвоенным рабочим ресурсом — итог плодотворной работы технических специалистов и ученых Выксунского завода и Российских Железных Дорог. В результате на лицо взаимная выгода: мы имеем сбыт 650 тыс. колес в год, а РЖД — второй срок службы колеса за совсем небольшую наценку по сравнению с ценой обычного. По данным РЖД, ежегодно за счет внедрения «твердых» колес экономический эффект превышает 4 млрд. руб. Инновационный подход характерен, кстати, не только для сотрудничества с РЖД. В наших отношениях с «Газпромом» и «Транснефтью» мы также ставим во главу угла совместную деятельность по освоению новых высокоэффективных технологий. Тот факт, что теперь наиболее высокотехнологичная трубная продукция производится в России, а не закупается за рубежом — плод многолетних усилий нефтяников, газовиков и трубников. В результате выиграли все — и потребители, и покупатели, и государство : созданы тысячи рабочих мест, налоги остались в стране. Но активная деятельность в этом направлении продолжается : сегодня для производства новых видов продукции с высокими технико-экономическими характеристиками работают координационные советы, разработаны программы научно-технического сотрудничества, причем на несколько лет вперед. С Газпромом, к примеру, такая программа подписана на три года, до 2009-го.

- «Твердое» колесо — это ведь уже достаточно высокотехнологичная продукция?

— Даже колесо со стандартными свойствами является высокотехнологичным продуктом. Ведь это только звучит просто — «твердое колесо». На самом деле оно должно быть пластичным, с одной стороны, так как работает на удар, а с другой стороны — его обод должен быть твердым. Это весьма жестко сужает допустимые отклонения от технологии, в освоение которой ОМК инвестировала миллиарды рублей — причем не только собственно в оборудование, но и в отладку технологического процесса. Это — уникальный продукт. Конкуренты, к примеру, лишь спустя три года после наших разработок освоили производство твердого колеса. И сегодня уже почти половина колес на российских дорогах — это колеса с твердым ободом, колеса, сделанные на Выксунском металлургическом заводе.

- При значительных объемах инвестиций, которые компания направляет в свои проекты, и ОМК как холдинг, и ВМЗ как производственная единица, и проекты — элементы Выксунского кластера продолжают оставаться вне тенденции выхода крупных российских промышленных компаний на IPO. Почему?

— Как показывает практика, средства, которые привлекали российские металлургические компании в ходе IPO, не вернулись в компании. По сути, в большинстве случаев имело место не привлечение средств, а продажа акций акционерами. Крупные акционеры нашей компании в обозримом будущем продавать акции не планируют. Если говорить о финансировании инвестиционной деятельности ОМК, то она состоит из двух частей. Первая часть — это собственные средства компании, и здесь надо отметить, что всю заработанную прибыль наши акционеры направляют в развитие. Вторая часть — это привлеченные средства, банки позитивно оценивают проекты ОМК и принимают участие в их финансировании. Кроме того, выход на IPO накладывает на компанию достаточно серьезные ограничения: с точки зрения портфельных инвесторов риски, связанные с крупными проектами , зачастую оказываются неприемлемыми. Очень хорошо оцениваются проекты, которые завершены, но проекты в стадии подготовки и реализации — это всегда для инвесторов дополнительные риски. Инвестиционное сообщество крайне консервативно. И это правильно. Потому что оно ориентируются на некую усредненную ситуацию по рынку. Выйди мы на IPO вчера, вместо дополнительного импульса в развитии, получили бы торможение, потому что в этом случае мы не могли бы не учитывать мнение портфельных инвесторов. Некоторые эксперты заявляют, что выход на IPO может также помочь хеджировать акционерам свои персональные финансовые риски, а также — политические риски. Нам трудно судить, насколько это мнение соответствует действительности.

- «Грозит» ли дальнейшая консолидация металлургии и трубной индустрии, скажем, путем объединения металлургических и трубных компаний или же укрупнения трубников? Что вы думаете о государственной «консолидации» промышленных предприятий?

— Если говорить о возможном объединении металлургов и трубников, надо спросить себя — где сегодня здесь возникает синергия? Трубники реализуют собственные сталелитейные и сталепрокатные проекты и по многим позициям уже самодостаточны. Возьмем сегмент заготовки для бесшовных труб: он представляет собой в известном смысле рынок потребителя, и на нем в большей степени, чем трубники от металлургов, металлурги зависят от трубников, которые к тому же располагают собственными мощностями по выпуску заготовки. Последние ведь, если брать приблизительную раскладку вложений в создание производства бесшовной трубы, стоят 30% от общего объема инвестиций, тогда как собственно трубное оборудование — 70%. Так что в этом сегменте, где металлургическая часть производства с точки зрения капитальных вложений и создания стоимости невелика, трубники достаточно независимы уже сейчас. Конечно, в сегменте сварных труб ситуация иная: я бы сказал, что там есть некий паритет, так как в сварных трубах весомо значение листового проката, в производстве которого компетенция металлургических компаний сегодня выше. Выксунский металлургический завод — крупнейший в мире производитель электросварных труб. И в нашей компании, как известно, принято решение полностью обеспечить его подкатом — и рулонами для труб среднего и малого диаметра, и широким листом для ТБД. По первой позиции мы станем независимыми уже в следующем году, по второй — в 2010 году. Поэтому синергии от возможного объединения металлургов и трубников мы не видим. Что касается отраслевой консолидации, то здесь — в силу узкого круга игроков — (а их всего три — ТМК, ОМК и ЧТПЗ) объединение невозможно с точки зрения антимонопольного законодательства. В целом процесс глобализации в металлургии — и российской, и мировой — я считаю позитивным. И прежде всего потому, что она обеспечивает стабильность цен на металлургическую продукцию. Но у глобализации есть предел, за которым исчезает конкуренция. И за эти границы глобализация не должна выходить. В таком случае мировая экономика будет нести огромные потери. Яркий пример этому — глобализация в горнорудном секторе. Три компании контролируют 80% морской торговли ЖРС. Это привело к тому, что цены на железорудное сырье ежегодно растут. А в России цены на ЖРС даже выше мировых. И это тоже является результатом глобализации нашей железорудной отрасли. Что же касается государственной, как Вы говорите, консолидации… на мой взгляд госкорпорации должны придти в те сектора экономики, которые не могут развиваться без государственной поддержки. Или в те сектора, которые должны контролироваться государством, там, где производство продукции связано с технологиями двойного назначения — атомная промышленность, военно-промышленный комплекс… Приход госкорпораций в высококонкурентные и самодостаточные отрасли нецелесообразен. Потому что по определению государство — не самый лучший менеждер. При таком подходе мы можем получить снижение эффективности работы этих отраслей.

- Как вы решаете проблему квалифицированного персонала на ВМЗ? Ведь помимо того, что вопрос нехватки квалифицированных кадров в отечественной металлургии стоит достаточно остро практически для всех, близкая расположенность Выксы к Нижнему Новгороду, к Москве — к экономически активным центрам страны — должна добавлять проблем: ведь люди просто уезжают из провинции в поисках лучшей жизни…

— Что касается квалифицированных кадров, то, во-первых, процесс профтехобразования в Выксе, где есть два техникума, к счастью, не прерывался — разве что в какой-то момент несколько снизилось его качество, но сейчас оно, я считаю, восстановлено. Во-вторых, за достаточно короткое время в городе, при нашем непосредственном участии, открыли свои филиалы два вуза — Нижегородский политехнический институт и моя alma mater — Московский институт стали и сплавов. Это позволяет компенсировать ту потерю кадров в прошлом, когда, как вы справедливо говорите, многие активные люди уезжали на заработки в крупные города, так как Выкса — город маленький и найти в нем работу в период экономического спада было непросто. Но сегодня, могу сказать, работать на заводе стало престижным. У нас есть очередь из желающих работать на заводе. Более того, постепенно поднимается престиж технических специальностей, и люди хотят учиться на инженеров. Это способствует решению кадровой проблемы, которая существует безусловно и на наших заводах.

- Многие трубные специалисты, что называется, выращенные на одних заводах, весьма часто потом встречаются на других. Есть отдельные предприятия, которые смело можно назвать донорами специалистов для отрасли…

— Выксунский металлургический завод в этом контексте является скорее реципиентом, а не донором. В Выксу приезжает большое количество квалифицированных специалистов из многих российских городов, из стран СНГ. И мы стремимся создать этим людям хорошие условия не только для работы, но и для нормальной жизни.

- Как-то Вы сказали, что бизнес сегодня ждет активных действий со стороны власти. На Ваш взгляд, власть оправдывает эти ожидания? В частности, региональная?

— В целом, да, но все зависит от конкретных людей. В Нижегородской области сейчас очень сильный губернатор. Валерий Шанцев — человек с колоссальным опытом управления . Его авторитет в регионе огромен. Организация работы при нем улучшилась на порядок: налицо забота о перспективе региона, что дает возможность решать вопросы быстро и эффективно.

- И, конечно же, взаимовыгодно? В каких областях это проявляется наиболее полно? В решении социальных проблем?

— Говоря о взаимной выгоде, считаю важным отметить главное: для нас она не ограничивается исключительно заводской территорией. Поэтому два года назад мы подписали с Нижегородской областью соглашение о социальном партнерстве. Результат действия этого соглашения — сегодня Выксунский район — самый бюджетообеспеченный в области, хотя еще несколько лет назад он был в конце списка. За последние 2 года ОМК выделила из чистой прибыли на развитие города Выксы 1,5 млрд. руб. Деньги пошли на ремонт Дворца культуры металлургов, он был полностью реконструирован и стал настоящим культурным центром города, на восстановление дома-усадьбы братьев Баташевых, на сооружение базы отдыха заводчан, на возведение 4-х звездочной гостиницы и на многие другие программы . Но это — не все. Мы намерены идти дальше: в ближайшей перспективе мы дадим старт нескольким большим проектам в области здравоохранения, образования и жилищного строительства. Отмечу, что наша позиция социально ответственной компании по достоинству оценивается региональными властями. И надеюсь, что жителями Выксы тоже.

- Вы по натуре оптимист или пессимист?

— Думаю, что все, кто занимается бизнесом по натуре оптимисты. Пессимистам в бизнес лучше не идти. А в России — тем более. Мне кажется, что в нашей стране уровень оптимизма определяется тем, сколько ты вкладываешь средств в развитие отечественной экономики. Лозунг нашей компании: «Мы строим заводы, мы создаем новую Россию!» И наши слова не расходятся с делом.

Обсуждение:

Facebook

Одноклассники

Чтобы комментировать новости — авторизируйтесь с помощью соцсетей: или войдите по e-mail.

Комментариев к данной новости нет.



Читайте также

Последние новости

Новости, акции и скидки от выксунских компаний

Новости «Выксы.Рф»

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.