Иван Суханов: жить сегодняшним днем

С отцом выксунца, погибшего на атомной подводной лодке «Комсомолец», встретилась журналист «Выкс@.ru»

7 апреля исполнится 27 лет с того дня, как в Норвежском море, недалеко от Медвежьего острова, затонула самая глубоководная по тому времени в мире боевая атомная подводная лодка «Комсомолец». Страшная авария унесла жизни 42 человек, среди которых оказался и 21-летний выксунец Валерий Суханов. В преддверии трагической даты хотелось бы вспомнить не только подвиг нашего земляка, но и рассказать о нелегкой судьбе его отца — Ивана Федоровича. Ведь этот человек дал Валерию путевку в жизнь, этот человек бережно хранит письма, фотографии, личные вещи сына и светлую память о нем.

Надо признаться, Иван Федорович Суханов был удивлен, когда узнал, что корреспондент будет расспрашивать о его жизни. Обычно разговор с пишущей братией строился вокруг легендарного «Комсомольца» и имен погибших героев. Однако мы решили поближе познакомить читателей именно с Иваном Федоровичем. Как и полагается, листать страницы его биографии мы начали с младенческих лет.

Родился Иван Суханов 28 июня 1948 года в Выксе. Сам не раз был на волосок от смерти. В послевоенные годы семья Сухановых жила в бараке, построенном неподалеку от Межонского пруда, который в те годы был солидным водоемом (его питали около тысячи родников). Учился Ваня в школе № 9, которая раньше располагалась на ул. Жилкооперации. Однажды зимой он с мальчишками пошел на пруд. Ребята нашли прорубь, в которой женщины полоскали белье, взяли шест и стали мерить глубину. Никто из ребят так и не смог достать до дна. Тут Ваня решил взять дело в свои руки — и неожиданно для себя угодил в воду. Чудом сумел вынырнуть, но ребята не могли его вытащить из проруби — слишком тяжела была намокшая шубейка. К счастью, мимо проходили мужчина и женщина. Увидев тонущего мальчика, они поспешили на помощь. Иван Федорович отмечает, что Бог его миловал, отделался он лишь небольшим воспалением.

Приходилось мальчугану и гореть. Дело было так. Раньше во дворах держали скотину. Когда резали поросенка, во дворе разводили костер. Однажды кто-то из ребятишек из шалости взял тлеющую головешку и сунул ее под пальто Ване, а тот даже и не заметил. Спохватился мальчуган, когда ему стало прижигать спину.

Кстати, из таких сорви-голов, как Ваня, и вырастают настоящие герои. «Таким был и Валера!» — отмечает Иван Федорович. По окончании школы наш собеседник поступил в ПТУ № 29 (сейчас на этом месте находится православное духовное училище), а параллельно — в Школу рабочей молодежи. Выучился на токаря и устроился в ДРО, в цех № 1.

В 1967 году Иван женился, а в 1968 году у них родился сын. С выбором имени для него была целая история. С женой Светланой они решили: если родится дочь, то они назовут ее Наташей. На случай мальчика супруги заранее подобрали 5 лучших, на их взгляд, имен, среди которых было и Валерий. Затем написали их на бумажках, свернули в трубочку, бросили в шляпу, и Иван Федорович заставил жену тянуть жребий. Вытянула: «Валерий»!

В то время главе семейства надо было кормить семью, а заработок у кормильца был небольшой. По совету друзей он решил перевестись в ремонтно-строительный цех ДРО маляром-высотником. Тогда в моде была так называемая производственная эстетика: красили, белили цеха, оборудование. По долгу профессии Ивану Суханову приходилось «парить» над цехом на высоте 20 метров. И вот в 1969 году судьба вновь проверяет его на прочность. В один из февральских дней на лесах лопнула шестерина, и пятеро маляров-высотников сорвались вниз. Двое сотрудников разбились насмерть. Иван Суханов получил множество переломов, долго лежал в коме, но все-таки выкарабкался. Какое-то время был на инвалидности. Затем восстановился и работал мастером, а затем и старшим мастером.

Годы пролетели как-то незаметно, сын вырос. По окончании школы № 8 Валерий поступил в Выксунский металлургический техникум. Без пяти минут дипломированный дефектоскопист в числе самых перспективных был направлен на дипломную работу в Челябинск. Через два дня после возвращения в Выксу Валерия и его сокурсников забрали в армию. Так как здоровье молодого человека было отличное, то его определили в «учебку» в Кронштадт, где готовили подводников для Северного флота. Два года наш земляк прослужил на атомной подводной лодке, а в последний год его перевели на лучшую для того времени субмарину «Комсомолец», которая 28 февраля вышла на последнее боевое дежурство.

До демобилизации сына оставалось несколько месяцев. Родители считали дни до встречи с ним, и, казалось бы, ничто не предвещало беды. Вот строки из последнего письма Валерия: «Привет, мои дорогие мама и папа! Заждались, наверное, моего письмеца. Правильно вы меня понимаете, что я вас не балую ими, а что писать, если у меня день на день похожие и ничего нового. Правда, случилось то, о чем долго мечтал: меня перевели на лучшую подводную лодку дивизии Северного флота. Перед Новым годом я ходил уже на ней в первый поход. Недаром она считается лучшей в дивизии, а главное — экипаж хороший. Так что послужим еще. Мой новый адрес такой же, только меняется номер части. Через три дня опять в автономку. Будем в Баренцевом море на полигоне производить торпедные стрельбы почти в надводном положении, так что ожидается большая „болтанка“, весь камбуз будет в щах и каше. У меня все отлично, об отпуске пока не может быть и речи. В феврале уходим в поход, а это на сто суток под водой на боевом дежурстве где-нибудь в водах Атлантики. Вот так. После автономки, как и положено, — санаторий, ну, а где-то в июне я двести процентов буду дома, так что не скучайте. Ваш сын Валерий».

Но вот наступил день, который перевернул всю жизнь. Иван Федорович с болью в сердце вспоминает, как 7 апреля 1989 года по центральному телевидению сообщили, что терпит бедствие субмарина, но ни названия атомохода, ни места катастрофы не обозначили. Супруга Светлана Ивановна, услышав печальную новость, воскликнула: «Валера погиб!». Не зря говорят, материнское сердце не обманешь. Муж пытался успокоить ее: «Да ладно тебе, еще ничего не известно, подводных лодок много, не может быть такого». Печальная новость подтвердилась на следующий день. Иван Федорович возвращался с рынка, подошел к дому и увидел у подъезда карету скорой помощи. Это врачи приводили его жену в чувство. Гибель сына сильно подкосила здоровье Светланы Ивановны, в 1995 году она умерла. Иван Федорович потерял самых близких людей. Не скрывает, что было тошно, что не находил себе места — стал выпивать. Но в подсознании сидела мысль о том, что это не выход, что зеленый змий ведет к земле, к погибели. Мужчина понимал — врачи не в силах ему помочь, они могут лишь вывести из «коматозного» состояния. Должно быть желание бороться, должна быть вера! И мужчина решился, взял себя в руки. Прошло более 10 лет, как Иван Федорович завязал с пагубной привычкой, в прямом смысле слова ни капли вина в рот не берет. В 1999 году он второй раз женился. Новую супругу зовут Александра Ивановна, живут душа в душу.

В ходе разговора собеседник с болью в сердце говорит, что сыновья и дочери должны хоронить родителей, а не наоборот. Ведь у Валеры вся жизнь была впереди. Он техникум окончил почти на одни пятерки, у него была перспектива поступить на нефтегазовый факультет горного института в Санкт-Петербурге. Он был заботливым сыном, никогда не забывал родителей. Многие помнят, в конце 80-х годов прошлого столетия с продуктами была напряженка. Иван Федорович отмечает, что обычно в армию солдатикам собирают посылки, а здесь, наоборот, они из армии шли — с кофе, сардельками... Дело обстояло так. Когда лодка уходила на боевые стрельбы, то всем членам экипажа на 2-3 дня выдавался паек. Экипаж же «Комсомольца» был очень дружный, друг к другу все обращались по имени и отчеству. Валера был помощником кока — поварскому мастерству его учил старший кок команды снабжения Михаил Елиник. Об этом человеке наш земляк много рассказывал в своих письмах. А поскольку «срочникам» было запрещено отправлять домой посылки, Михаил помогал своему помощнику обойти запрет. Он был человеком семейным, у него в военной части атомных подводок Мурманск-150 жила семья. Вот оттуда в Выксу и уходили гостинцы.

Иван Федорович рассказывает, что на атомоходе Валерий занимался отнюдь не только кухней. Военный моряк обслуживал торпедный аппарат (был торпедистом). Поэтому, когда на субмарине произошел пожар, понятно, что его сын спасал не тарелки и вилки, а беспрекословно выполнял поставленные перед ним задачи, ведь помимо простых торпед на подводной лодке стояли и атомные. В первую очередь надо было не себя спасать, а надежно заглушить реактор, чтобы впоследствии он не предоставлял опасности для окружающей среды, для нас с вами, живущих сегодня. С момента страшной катастрофы прошло 27 лет, но причина возникновения пожара на атомоходе до сих пор не установлена. Дело закрыто за давностью лет и отсутствием виновных, кого бы можно было привлечь к ответственности.

Отец бережно хранит память о сыне, о его подвиге: фотографии, письма, гимнастерку и другие личные вещи сына, капсулу с водой, взятой с места гибели, в районе острова Медвежьего в Норвежском море, а также информационный стенд, который некогда размещался в музее школы № 8. Когда Иван Федорович был еще в силе, довелось ему побывать и в части, где служил сын, и спуститься в субмарину, на которой до «Комсомольца» тот ходил в морские боевые походы. Впечатлили отца размеры подлодки, установленная на ней аппаратура и небольшие на вид колбочки с ураном, способные стереть с лица земли города с населением в несколько десятков тысяч человек. Ездил наш собеседник и на возложение венков к месту гибели экипажа «Комсомольца».

Жизнь преподнесла Ивану Федоровичу немало испытаний, каждое из которых закалило, сделало сильнее духом и научило еще больше ценить ее. Сейчас наш собеседник времени даром не теряет: путешествует, правда, в пределах нашей области, прихватив с собой фотоаппарат. Особенно любит он бывать в Дивееве. Старается почаще выбираться на природу, не прочь он посидеть с удочкой на берегу реки. Девиз Ивана Федоровича таков: живи сегодняшним днем. Вчерашний уже прошел, а завтрашний может и не наступить! Есть у него и план на ближайшую перспективу, ведь без этого человеку, по его мнению, никак нельзя!