Выкса.РФ » Общество
24 июля 2019, 8:37 · Просмотров: 3 828 · Теги: Волонтёры · Версия для печати

Сергей Парамонов: Если человека не нашли в первые сутки, вероятность успеха снижается в разы

Интервью с основателем поисково-спасательного отряда «Волонтёр-Выкса»

Сергей Парамонов: Если человека не нашли в первые сутки, вероятность успеха снижается в разы












Когда кто-то пропадает без вести, первыми на помощь приходят добровольцы. В 2018 году в Нижегородской области потерялись 264 человека. Живыми нашли 173, погибшими — 50. Об этом говорят данные поисково-спасательного отряда «Волонтёр-НН».

Недавно в нашем округе появился филиал «Волонтёр-Выкса». Его основатель Сергей Парамонов рассказал Выксе.РФ, с чего начинаются поиски, чем занимаются добровольцы и как стать одним из них.

— Как появилась идея создать поисково-спасательный отряд в Выксе?
— Я веду передачу на радиостанции «Серебряный дождь». В прошлом году у нас в гостях был руководитель нижегородского поисково-спасательного отряда «Волонтёр-НН» Сергей Шухрин. Он рассказывал, как ищут пропавших людей, какие функции выполняют волонтёры. Оказалось, что они занимаются и профилактической работой: ходят по школам, учат ребят, как вести себя, если потерялся в лесу или в городе. Очень удивился, когда Сергей сказал, что в такой ситуации плохо быть скромным. Наоборот, нужно громко кричать, активно приставать ко взрослым, чтобы они обратили внимание и помогли. После эфира у меня появилось желание не ждать, когда что-то нехорошее случится у нас, а заранее создать отряд и подготовиться. Я поговорил об этом с Сергеем, предложил сотрудничество. Так и появился отряд «Волонтёр-Выкса».

— Зачем Выксе свой филиал, если о пропавших всегда пишут нижегородские отряды, которые собирают волонтёров со всей области?
— Филиал нужен, чтобы наладить контакт с местными спасательными службами, правоохранительными органами, администрацией. Если кто-то потеряется, то пока едет основной состав, мы должны, так сказать, подготовить поляну. Раздобыть подробную информацию о потеряшке: узнать особые приметы и привычки, как был одет, в каком направлении ушёл, найти фотографии. Самое важное — это первые сутки. Если человек не нашёлся сразу, вероятность успеха снижается в разы. А сколько волонтёров приедет — зависит от того, кто пропал. Чаще всего это пенсионеры и дети, и если ребёнок заставит собраться несколько тысяч человек, то на поиски бабушки, которая ушла в дождь и не вернулась, может выйти человек десять. И это как раз будем мы.

— Часто ездите на поиски?
— Люди пропадают каждую неделю. Мы откликаемся на ближайшие заявки, но если теряются дети, отправляемся в любой район области. Недавно со старшим сыном ездили в Оранки (Богородский район). Там искали 32-летнего папу и двух сыновей — 5 и 7 лет. Утром они ушли за грибами, но к вечеру так и не вернулись. Обнаружили их на рассвете. Папа, кстати, повёл себя очень грамотно: когда начались сумерки, он перестал блуждать, остановился и развёл костёр. Если человек находится на одном месте, его всегда проще найти.

Пожалуй, самый нашумевший случай за последнее время — исчезновение 13-летней Маши Ложкарёвой в Кстовском районе. Её искали тысячи людей, но она как сквозь землю провалилась. В Выксе пока таких резонансных происшествий не было. В конце мая в Шиморском пропала 83-летняя Раиса Лагунова. На этот случай откликнулось много волонтёров из Выксы, Нижнего Новгорода, Богородска. Приезжали кинологи из Сарова. Вместе с полицией мы прочесали территорию, развесили объявления по всему округу, давали информацию в СМИ, но, к сожалению, так её пока и не нашли.

— Правоохранительные органы обычно неохотно делятся оперативной информацией с посторонними. Удалось с ними договориться?
— Раньше они действительно тяжело шли на контакт, но сейчас стало лучше. В органах стали понимать, что главное — найти человека, и не так важно, кто именно это сделает. Делиться информацией необходимо, особенно в больших городах. Иначе полиция, спасатели, волонтёры из разных отрядов будут ходить по одним и тем же местам, теряя драгоценное время. Сейчас у нас как в армии: есть свои картографы, координаторы. Навигаторы записывают треки (пройденный путь. — Прим. ред.), которые загружаются в общую базу. Сразу видно — где ходили, а где нет, и можно быстрее закрыть весь периметр.

В конце июня я ездил в Москву на командно-штабные учения, которые организовал самый крупный поисково-спасательный отряд в России «Лиза Алерт». Они пригласили спецслужбы, компании, волонтёров со всей страны, чтобы вместе подумать, как упростить поисково-спасательные работы. В итоге подписали соглашения с «Билайном» и «Мегафоном», что они помогут отслеживать людей. Компания X5 Retail Group сделала в нескольких тысячах магазинов «Пятёрочка» специальные уголки для потеряшек. Там заблудившийся человек сможет обратиться к сотруднику или дождаться, пока ему предложат помощь. Информацию передадут в Центр поиска, и специалист в зависимости от ситуации вызовет скорую, полицию или пришлёт в магазин волонтёра. Пока это нововведение касается только Москвы и Московской области, но в будущем, возможно, доберётся и до других регионов.

В Выксе пару месяцев назад тоже было совместное совещание с ЕДДС, МЧС, полицией, следственным комитетом. У них есть техника, инвентарь для поисков, но часто не хватает ног. Договорились делиться информацией, подписали соглашение. Сергей Шухрин также приезжал. Вручил нашему отряду «тревожный чемоданчик» с комплектом оборудования для экстренного выезда: фонарями, рациями, аптечками, компасами, батарейками, жилетами и т. д.

— С чего начинаются поиски?
— Мы включаемся в работу сразу же, как к нам поступает заявка. Созваниваемся с экстренными службами, готовим и распространяем ориентировки, расклеиваем объявления. На месте координатор организует волонтёров в группы из нескольких человек. Они постепенно зачищают территорию, работают на отклик. Организуем штаб, который служит точкой сбора всех участников. Его главная задача — сделать поиск максимально эффективным.Там работают картограф, радиосвязь, инструктируют группы, выдают оборудование. Если поиски глобальные, выезжает своя полевая кухня.

— Как стать волонтёром?
— Непосредственно участвовать в поисках можно тем, кому уже исполнилось 18, но для координаторов ограничений нет. Нам всегда нужны ребята, которые могут быстро распространить информацию в соцсетях и СМИ — очень часто пропавших находят обычные люди, которые прочитали объявление в интернете. Волонтёры не получают денег, но могут бесплатно пройти курсы: научиться управлять дронами, работать с картами.

Командно-штабные учения проходят ежемесячно. И их устраивают не просто для галочки — когда я ездил в Подмосковье, всё было приближено к реальным условиям. Даже вертолёты привлекали. Потеряшек искали три отряда, которые учились взаимодействовать друг с другом. Нам объясняли и показывали, как ориентироваться в лесу без компаса, как разжечь и сложить костёр, чтобы он горел всю ночь. Похоже на уроки ОБЖ в школе, только умноженные на десять или сто.

— Сколько сейчас людей в отряде?
— В группе «Волонтёр-Выкса» ВКонтакте у нас 300 подписчиков, но активных — человек семь. Чем больше будет людей, тем лучше. Даже если человек придёт, пройдёт обучение, но потом не сможет участвовать в поисках — ничего страшного. У нас нет никаких обязательств. Главное, что он сам узнает полезную информацию, расскажет её друзьям. И, может быть, именно эти знания потом спасут чью-то жизнь.
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору. Спасибо!
« предыдущая новость     следующая новость »

Сейчас читают

Товары и услуги

Лента