Почти как Терминатор

На первый взгляд, Роман Канаев похож на поклонника скандинавского рока. Борода, причёска с небольшой косичкой сверху, белая футболка с черепом, из-под рукава выглядывает татуировка. И много металла: серьга, медальон, цепочка, перстни на левой руке. А вот другая рука мгновенно навевает мысли о высокотехнологичном будущем, фильмах о Железном человеке и Терминаторе. Вместо правой кисти у Романа — бионический протез.

Собеседник с некоторой гордостью говорит, что он второй человек в Нижегородской области с таким протезом. И первый, кому он достался бесплатно. Выксунец рассказал, чего ему это стоило, как получил травму и сложно ли жить с робото-рукой.

— Расскажите о татуировке, выглядит по рок-н-рольному.
— С музыкой татуировка никак не связана, просто понравился рисунок. Вообще, у меня их три: на спине набит крылатый дракон — мудрое, сильное мифическое животное; на плече — феникс, который символизирует вечность; а на руке просто буква — это самая первая татуировка, в армии иголкой делал ещё до травмы.

— Как потеряли руку?
— Отрезал циркулярной пилой. В 2000 году делали окна и двери с отцом, частный заказ. Мне двадцать было, только из армии вернулся. Работал с похмелья… Первые сутки в больнице был на обезболивающих, потом отказался — терпел так. Конечно, это было адское удовольствие, но я себя настроил. Не буду же я всё время на таблетках жить. Когда что-то подобное происходит, времени на раздумья нет — как примешь эту ситуацию в первый момент, так вся жизнь и пойдёт. Начнёшь спрашивать себя: «И как теперь дальше жить?» — сразу сопьёшься. Это прям влёгкую с такой травмой, тут даже и жалеть себя особо не надо. А если подумаешь: «Ну и фиг с ним!», то всё потихоньку пойдёт.

— Вы правша? Тяжело было переучиваться?
— Я даже и не заметил, как-то сразу получилось — когда из больницы выписался, уже привык. Мозг сам переключается, знает, куда ресурсы отдать, а где забрать. Всё в автоматическом режиме, специально не учился ни писать, ни ложку держать.

— Как отнеслись к травме родственники и друзья?
— Спокойно, я вообще не заметил особых перемен. Что толку переживать? Всё равно ничего не изменится. Сегодняшний день завтра не повторится. Я после травмы два высших образования получил: в Арзамасском педагогическом институте (учитель истории и обществознания) и Московском открытом университете (юрист). Пару курсов ходил с косметическим протезом, но потом снял. Он бестолковый — ни ухватиться ни за что, ни поддержать. Так, чисто чтобы людей не пугать. Но меня как-то перестало беспокоить, что подумают окружающие.

В личной жизни никаких проблем из-за травмы не было. От первого брака у меня сын, которому скоро исполнится семнадцать. Сейчас я женат во второй раз, у нас подрастает ещё один мальчик — ему два с небольшим.



— Теперь, когда появился протез, люди по-другому реагируют?
— В целом ничего не изменилось, каких-то любопытных взглядов не чувствую. Бывает, в магазине предлагают помощь, но я отказываюсь — уже привык всё сам делать. А вот когда гуляю с сыном на площадке — всё, аншлаг! Подбегают дети, начинают спрашивать: «Дяденька, зачем руку у робота забрал?».

— Как получили протез?
— Это всего два месяца назад произошло, 13 июля. Два года добивался у государства денег — протез стоит 5,2 млн рублей. Здоровье надо иметь как у космонавта: если какие-то перекосы, кандидатуру сразу зарубят. В итоге всю стоимость мне компенсировали.

Я увлекаюсь электроникой: собираю компьютеры, делаю апгрейд, консультирую. Соответственно, отслеживаю информацию по технологиям. Компания «Моторика» проводила конкурс, в котором можно было бесплатно получить протез. Я решил поучаствовать. Меня направили на медосмотр, но появилась проблема — из-за большого пальца, который остался на руке, было очень сложно сконфигурировать протез. Инженеры отказались от проекта. Потом мне позвонили из немецкой компании Vincent Systems, сказали, что готовы попробовать.

За два года прошёл кучу медкомисий. Сначала стандартную в больнице, затем в комплексном центре — там решают, нужен протез или нет, составляют новую реабилитационную программу. Документы передают в Нижний Новгород. И снова медкомиссия, но требования уже намного жёстче.

— В чём отличия?
— Там тебя изучают под микроскопом, к каждому ответу докапываются, ведь на кону большие деньги. Постоянно твердят: «Да зачем вам это нужно?». Всё это начиная от врачей и заканчивая представителями соцстраха. Потом Москва начинает проверять нижегородцев, и уже вместе тебя изучают. Если проходишь все этапы, направляют на изготовление протеза. Как получишь, надо снова на комиссию — показать результат, что всё было не зря.

Кстати, я даже потерял работу из-за комиссии. Получилось как: я всегда предупреждал руководителя, он без проблем меня отпускал. Но один раз не смог дозвониться. Комиссия продлилась до вечера, потом начальник накричал на меня, и на следующий день я написал заявление.



— Как управляется протез?
— Внутри два бесконтактных датчика. Я напрягаю мышцы, датчики считывают сигнал и срабатывают. Пальцы сами принимают форму предмета, чтобы его было удобнее держать. Тут много разных возможностей и хватов, но я ещё не всё освоил. Например, должна быть блокировка, когда я берусь за что-то, — а рука почему-то не держит, разжимается. Может, эта функция отключена, не знаю. В сентябре поеду на курсы в Нижний, буду разбираться.

— Насколько удобно пользоваться новой рукой?
— В быту стало заметно проще: могу дверь открыть, донести что-то. Нужно только держать мышцы в тонусе, поэтому я постоянно напрягаю и расслабляю руку. Сам протез лёгкий, водонепроницаемый, снимается за пару движений. Тут два аккумулятора, которые заряжаются за 15–20 минут, так что даже если постоянно тренироваться, заряда хватит примерно на сутки.

Каждый палец может выдержать нагрузку до 6 кг, вся рука — до 40 кг. Кофе пью спокойно, аккуратно взять яйцо и сделать яичницу, думаю, тоже смогу. А вот с более мелкими объектами будут проблемы из-за большого пальца. Если бы вся кисть была механической, конечно, всё было бы проще: и виноградинку смог бы взять, и писать. Планирую доработать протез, чтобы он плотнее прилегал к руке, и сделать дополнительный ремень для более надёжной фиксации.