Велосипедист Александр Атаманов стал суперрандоннёром

Стартовой линией стала зебра. Вязники вообще город нерегулируемых пешеходных переходов, граждане то и дело тормозили нас. После поворота на Мстёру замаячили серые тучи, начался сильный дождь. Искал глазами место, где бы спрятаться от ливня, но ничего подходящего не было. Несмотря на дождевик, капли холодными иглами кололи руки — я моментально промок до нитки. На крутых спусках появились реки воды, а в некоторых местах намыло песок с обочины. Вскоре показалось солнце. Я только на ходу выжал перчатки, всё остальное высохло само.

На первом контрольном пункте (КП) меня догнал Максим Биткин, и весь оставшийся путь мы проехали вместе. Дорога пролегала через бесконечные зерновые поля. После поворота на Шую ветер стал встречным, а третий КП встретил красивым закатом и давно известным куриным супом. Переведя дух, поехали дальше.

Вскоре стемнело. Справа на горизонте заметил поднимающиеся жёлтое блюдо. Это была луна, крупная и жёлто-оранжевая, остановился и заснял её. За десять км до четвёртого КП сложилось впечатление, что моя батарейка села. Волонтёры накормили меня мясной гречневой кашей и напоили кофе. Я почувствовал прилив сил, которых хватило до самого финиша.

С самого начала у меня были проблемы с велосипедом: то крылья скрипят, то крепления отходят, — отметил Илья Фомин. — На въезде в Мстёру пробился, двадцать минут менял камеру под дождём. Догнал замыкающую группу, а после первого КП поехал вместе с Александром Атамановым. Держали темп 24-25 км/ч.

К третьему КП ускорились до 28-30 км/ч. После заката похолодало до +1 °C. Я к такому оказался не готов, кое-как спасал дождевик. Пока едешь — тепло, остановился — лютый холод. Боялся заболеть, поэтому старался ехать на высоком каденсе, разгоняя кровь по организму. После ночной поездки устал. Подкрепился завтраком с кофе, почувствовал прилив сил и комфортно доехал до финиша. Несмотря на два прокола, улучшил своё время на три минуты.