Сергей Коробков: «Я хирург, а не волшебник»

Быть врачом было престижно в Советском Союзе. Но и сейчас образ человека в белом халате внушает уважение, а в их адрес раздаются слова благодарности не только в праздники.

Порой он берет на себя функцию Творца. Не полностью конечно, но от уверенных движений чувствительных рук профессионала зависит не просто здоровье пациента, а жизнь. Первый гость Виртуальной гостиной – молодой хирург ЦРБ г.Выкса и администратор сайта хирургической службы города ВыксаСергей Коробков.

Возможности личности нашего героя не загнаны в жесткие рамки «работа-дом-работа». Он интересен, как человек, и многогранен, как индивидуальность.


- Ты родился в г.Лысково, рос в Кулебаки, учился в Нижнем Новгороде. Теперь остепенился и остался в нашем зеленом городке. Как сложилось что ты «припарковался» в ЦРБ г.Выкса и планируешь ли прожить всю жизнь здесь?

У меня жена из Выксы, она меня в свое время и уговорила переехать на ПМЖ в этот город. Теперь я не жалею и собираюсь здесь жить дальше. Пока нет серьезных причин отсюда переезжать.

- На последних курсах медицинской академии в г.Нижний Новгород тебя не посещала мысль о неправильности выбора специальности? Или ты всегда знал, чем будешь заниматься?

Не скрою, некоторые сомнения в правильности выбора специальности были. Да и остаются до сих пор. У любой профессии есть свои плюсы и минусы. У каждого человека есть склонность к определенному виду деятельности, к конкретному направлению работы. Я думаю, что по многим критериям специальность врача-хирурга не очень подходит для меня. По моему характеру и складу ума - это немного не мое, но сейчас все переворачивать с ног на голову, что-то резко менять, я не собираюсь. К работе давно уже привык, а привычка – вторая натура.

- Расскажи о своей первой самостоятельной операционной практике.

В Городской Клинической Больнице №40 г.Нижний Новгород, на втором месяце специализации по хирургии (интернатуры) сделал самостоятельно аппендэктомию (прим.авт.: операция при аппендиците).

- Легко ли работается в коллективе Хирургической службы ЦРБ г.Выкса? И есть ли здесь перспектива карьерного роста?

Каких-то проблем и непониманий с коллективом, до сих пор, ни разу не было. К карьерному росту никакого стремления не имею, и даже не задумывался об этих перспективах.

- Бывало ли, что тебя вызывали среди ночи для проведения экстренной операции? Или все они являются плановыми, что свидетельствует о некоторой стабильности?

Среди ночи, как правило, вызывают только заведующих отделением, в случае необходимости. А операции делаю любые: и экстренные (в основном на дежурствах), и плановые (когда работаю в плановом хирургическом отделении).

- Я понимаю, что это не просто, но все же попробуй описать те чувства, которые происходят в душе хирурга, пока он моет руки перед операцией.

Да каких-то особых чувств и нет. Просто это работа, вот и все.

- Материальная сторона жизни – одна из первых граней. Меняется ли твое отношение к пациенту, если ты узнаешь о его платежеспособности? Или это лишняя отвлекающая информация в процессе операции?

Лично мне, нет разницы, кого оперировать – богатого человека или бедного (честно). Если необходимо человеку делать операцию, то ее надо делать. И никуда от этого не деться. А если уж оперировать, то надо стараться делать все хорошо. В данном случае платежеспособность не играет никакой роли. Но если пациент хочет отблагодарить меня после, я, как правило, не возражаю.

Не могу принимать благодарности только от действительно бедных людей. Сердце кровью обливается, когда старушка с пенсией в две тысячи рублей, сует в карман «пятисотрублевку». В таком случае всячески стараюсь отказаться.

- Что тебя больше всего поражает в Российской системе Здравоохранения?

Ее направленность на стационарную помощью. Для того чтобы в короткие сроки обследоваться и хорошо пролечиться, нужно ложиться в больницу, а это не только экономически не выгодно для государства, но и для пациента становиться как бы «добровольной тюрьмой». Наши власти стараются сократить стационарную помощь – это, в общем-то, правильно, но как они это делают, это уму не постижимо! Нужно этот процесс начинать с обеспечения доступности амбулаторной помощи, чтобы пациент мог получить «быстроту» обслуживания и адекватное лечение в поликлинике или на дому, не занимая дорогостоящей койки в стационаре.

А государство урезает стационарную помощь, не заботясь о том, куда деваться больным. Ведь в поликлинике им приходится высиживать огромные очереди, чтобы попасть на прием. Обследоваться же бесплатно – вообще почти нереально в короткие сроки. И адекватно лечится амбулаторно - тоже большая проблема. В общем, реформы в Здравоохранении идут в правильную сторону, но не той дорогой.

- «Дураки учатся на своих ошибках, умные – на чужих». Применимо ли это высказывание к твоей профессии, и каково твое отношение к термину «врачебная ошибка»?

Врачебная ошибка – профессиональная ошибка врача. В любой работе могут быть ошибки, это абсолютно нормально. Другое дело, почему это случилось? Если ошибка произошла в полной мере по вине врача, то он должен нести за это ответственность и отвечать согласно Законодательству. А если случился какой-либо неприятный инцидент по причинам, не зависящим от врача, и при этом все было сделано, верно, по медицинским канонам и в рамках закона, то это, просто говоря, и не ошибка вовсе.

В медицине есть термин «ятрогения» - причинение вреда здоровью пациентов медицинским персоналом при обследовании или лечении. Так вот, ятрогения – это далеко не всегда ошибка! Даже если доктор все делает по современным представлениям, верно, то не исключено, что в результате действий врача может наступить какая-либо неприятность со здоровьем пациента. Риск осложнений существует всегда!

На чужих и своих ошибках нужно учиться. Все мы – люди, всем нам свойственно ошибаться. Полностью избежать ошибок не удавалось, по моим представлениям, еще ни одному врачу. Да и вообще, ни одному человеку. Нужно стараться делать свое дело, по возможности, хорошо и качественно. А если случаются ошибки и неприятности, то воспринимать их адекватно и учитывать в дальнейшем.

- Твоя работа – это напряжение и большая ответственность. Как ты отключаешься после? И какую роль в этом играет твоя супруга?

Конечно, любой человек, приходя домой, хочет почувствовать себя расслаблено и комфортно. Атмосфера «домашнего очага» - очень немаловажный фактор в жизни любого. Мне в этом плане жаловаться грех, с супругой живем, душа в душу. Каких-то специальных «приемов» для того чтобы «переключиться с рабочей волны» у меня нет. Приходишь домой и просто выкидываешь из головы работу (ну, по возможности конечно).

- Ты любишь поесть. Готовишь ли ты сам, и какой кухне отдаешь приоритет?

Поесть люблю – это факт! Готовить умею. Раньше даже любил, но сейчас обленился совсем, почти не бываю у плиты, в основном готовит супруга. А предпочтение отдаю, наверное, все же русской кухне.

- Что, на твой взгляд, самое страшное, что может произойти с хирургом, как со специалистом своего дела?

Я думаю, что самое страшное это две крайности: полная апатия к профессиональной деятельности и горение на работе. В первом случае очень сильно страдают пациенты. Во втором страдает сам врач-хирург. При последнем, быстро сгорая, тратя много энергии на свою работу, он не замечает, как накапливаются стрессы, а в итоге они могут вылиться и в болезни, и в пристрастии у алкоголю, и в непонимание в семье (если пропадать на работе сутками).

- И, напоследок, какие внутренние человеческие качества тебе пришлось развить для успешной работы? Чему ты научился за года практики?

Ну, я в хирургии уже, получается, пятый год, если считать год интернатуры (специализация по хирургии).

А качества в себе новые я никакие не развивал. Наверное, каким я был до прихода в хирургию, таким и остался.