Невозможно — это всего лишь громкое слово

Владимир Мартьянов не понаслышке знает обо всех перипетиях тренерской жизни. Человек с огромной силой воли, он как никто другой понимает, как переступать через боль, идя к заветной цели, и как вести за собой других. В его жизни нет места отчаянию. Для него важно верить людям и не разочароваться в них, быть нужным и постоянно искать себя. Он говорит, что богат тем, что имеет, и провожает воспитанников на бой со словами «Во славу Божию!», пишет журналист газеты «Выксунский Рабочий».

— Владимир Александрович, расскажите о себе.
— Я родился в Выксе в обычной рабочей семье. Родители приехали из-за реки на строительство ТЭСЦ-3. Всё детство равнялся на старшего брата Сергея: он пошёл в самбо — я за ним, ушёл в лёгкую атлетику — и я туда же.

— А как учились?
— Нельзя сказать, что плохо: средне-стабильно. После восьмилетки встал перед выбором: куда поступать дальше. Сначала подал заявление в ВМТ, но Лев Иванович Чуркин, работавший тогда в ПУ-2 учителем физкультуры, меня переубедил, и я поступил во второе училище. Немаловажным плюсом в выборе стало и то, что там были отличные условия для занятия спортом.

— Что особенно вспоминается из детских лет?
— Ты знаешь, не так давно мама нашла характеристику ученика 8 «В» класса школы № 6 Володи Мартьянова. И после слов классного руководителя Евдокии Фёдоровны Паршиной: «Склонен к лидерству, эмоционален, бывает не сдержан», написано — «Мечтает стать тренером». Когда я это увидел, был потрясён.

А ещё, я ведь до восьмого класса был блондином с карими глазами. Потом однажды подстригся, и всё, стал такой, какой сейчас есть. (Улыбается).

— Дальше пришло время службы в армии?
— Да. На призывной комиссии скрыл, что болен: хотел доказать самому себе и всем, что человек может превозмочь боль. Брат служил в пограничных войсках, ну и я в военкомате заявил, что тоже хочу в пограничники. По воле судьбы попал в ту же учебку и в тот же отряд, что и Сергей. Это была одна из сильнейших сержантских школ, которую знал весь Союз: Калиниградская область, город Озёрск, в/ч 2631. Брат вернулся в звании старшего сержанта, поэтому я себе планку ставил выше, в итоге дослужился до старшины.

— В армии появилась другая жизненная точка отсчёта?
— Именно там зародилось желание что-то создавать. Я ведь ещё в части стал строить спортивные залы и их оборудовать. Там же понял, что рукопашный бой — это моё, и именно этим я должен заниматься.

— Вернулись домой во времена перестройки?
— Да, пора была интересная. Я по-прежнему ходил на тренировки, позже оборудовали с друзьями зал в школе № 9. Затем уехал в Нижний Новгород, где жил и работал. В боксёрском клубе «Полёт» совершенствовал ударную технику. Потом всё же вернулся в Выксу — любовь потянула. (Улыбается).

— Ваше «детище» всё-таки спортивный клуб «Русь»?
— С армии у меня было на руках удостоверение инструктора по рукопашному бою. В 1995 году пришёл в родную школу № 6, где в обычном спортзале тренировал детей. Позже на моём жизненном пути повстречалась Нина Васильевна Буланькова, которая пригласила работать в ПУ-35. Так я стал педагогом дополнительного образования. Через три года там у меня уже был небольшой тренажёрный зал, появился костяк из воспитанников. В 2000 году выехали на первые соревнования, а в 2002 получили здание за школой № 8. И снова пришлось всё начинать с нуля: подвели воду, собственноручно сделали душевые, раздевалки, тренерские. Здесь занимаемся по сей день.

— У Вас есть жизненный девиз?
— Однажды боксёр Мухаммед Али сказал: «Невозможно — это всего лишь громкое слово, за которым прячутся маленькие люди. Им проще жить в привычном мире, чем найти в себе силы его изменить». Я придерживаюсь этого же принципа. Невозможно — это не приговор, а всего лишь мнение, шанс проверить и изменить себя.

— Что определяет нашу личность: знакомые, паспорт или воспоминания?
— Я бы сказал, что воспоминания. Этим человек и живёт. Они дают какие-то свои положительные эмоции.

— А Вы живёте прошлым?
— Вспоминать прошлое, конечно, нужно, но жить этим — нет.

— А что-то в нём изменили бы?
— Я не жалею ни об одном прожитом дне, ни об одном трудном жизненном моменте. Единственное, просил бы у Бога больше здоровья. Хотя, если б не то, что мне пришлось испытать, наверное, и не было бы того, что есть сейчас.

— Есть ли грань у человеческих сил и терпения?
— Есть цель, к которой нужно идти. И делать это нужно, несмотря ни на что.

— Когда счастлив тренер?
— Когда создаётся спортивная семья.

— У Вас есть место, где отдыхаете душой?
— Да, мой маленький, тихий уголок, которым я очень горжусь — гостевой домик. Безумно люблю там бывать и получаю невероятное удовольствие, просто находясь там.

— Вы устаёте от людей?
— От хороших людей устать нельзя. Скорее, устаю от обилия информации.

— А любите одиночество?
— Нет. Даже если отдыхаю, ко мне всё равно кто-то приезжает.

— Считаете себя примером для подражания?
— Примером — может быть, но без подражания. Я всегда говорю: смотрите на меня, но делайте лучше. От примера можно отталкиваться, но нужно совершенствоваться и идти дальше.

— Самый длинный день в Вашей жизни?
— Он такой был не один. Но если вот так, навскидку — это рождение второй дочери. Волнение было безумное, считал секунды.

— С какими людьми Вам тяжело?
— С теми, у которых нет цели. Которые не понимают, для чего живут, а просто плывут по течению.

— А чего трудно достичь человеку?
— Завоевав человеческое уважение, оставаться простым.

— Вы часто переступаете через себя?
— Так в жизни получилось, что каждый день.

— Какой он, настоящий тренер?
— Тот, кто созидает, выискивает, делает и поднимает людей.

— Как Вы выполняете задачи, которые Вам не по душе?
— Берёшь и выполняешь, а куда деваться-то. (Смеётся).

— Для Вас важнее истина или комфорт?
— Я уже и не помню, когда мне было комфортно.

— Продолжите предложение: «Если всё против меня, значит...»
— Мы идём по верному пути! (Смеётся).

— Если бы не спорт, то что?
— Обязательно что-нибудь создавал, что было бы полезно людям. Может быть, стал бы хорошим строителем. (Улыбается).

— На какой вопрос хотелось бы дать ответ, но Вам его никто не задаёт?
— (Долго думает). Наверное, зачем мы делаем плохо?

— Ну и зачем же?
— Никто не даст чёткий ответ, но вопрос побуждает поразмыслить.

— Вы можете говорить «нет» обстоятельствам?
— В первую очередь я сказал «нет» себе: засыпаю с болью, просыпаюсь с болью, но живу. С детства борюсь с самим собой, потому что характер такой. Так и ребят учу — бороться и не сдаваться.

— Вы верите в Бога?
— Верю. И в людей верю.

— О чём жалеете?
— Что живём мало.

— Есть слова, которые дорогого стоят?
— Один мой воспитанник сейчас живёт в Москве, и когда к нам приезжает, заходя, говорит мне: «Батя, привет!».

— Если бы Вам предложили выбрать до конца жизни только несколько блюд, что бы это было?
— Семья, вера в Бога, надёжные люди — вот это были бы для меня самые хорошие «блюда»... (Улыбается).